Крупные сгустки городов сложились и за пределами Главной полосы расселения. Так, нас не должно удивлять немалое чис­ло старых городов к югу от нее — ведь там лежат земли, богатые многими природны­ми ресурсами, а нередко и очень привле­кательные по своим климатическим осо­бенностям. В Средней Азии и Закавказье большие города выросли в густозаселенных земледельческих районах и оазисах как их исторические центры, привлекавшие рань­ше тысячи ремесленников, купцов и караванщиков; теперь они стали и крупными индустриальными центрами.

Национальная консолидация к индуст­риальное развитие бывших отсталых окра­ин вывели многие города южной полосы СССР в «миллионеры» — Ташкент (1385 тыс. жителей), Баку (1266 тыс.), в «почти мил­лионеры» и «полумиллионеры» — Тбилиси (880 тыс.). Ереван (767 тыс.), Алма-Ата (730 тыс. жителей).

Крупными форпостами хозяйственного освоения южных районов стали без малого два десятка новых городов к юго-востоку от Ростова-на-Дону и Саратова и к югу от Оренбурга, столько же новых городов Се­верного Кавказа и Закавказья и еще боль­ше — в Средней Азии.

В глубине Казахстана поднялась полу миллионная Караганда — центр каменно­угольного бассейна, окруженная группой шахтерских городов и поселков. Большой вес в экономике страны приобрели центры черной и цветной металлургии - Темиртау, Балхаш. Юный сосед древней Бухары — Навои достойно воплощает самые передовые принципы градостроительства, обеспечивая вы­сокий жизненный комфорт в условиях жаркой среднеазиатской пустыни. Освоение нефтяных богатств Мангышлака вызвало к жизни Шевченко — город нефтяников, утоляющий свою «жажду» в этом сухом крае с помощью опреснители каспийской воды, работающего на атомной энергии.

Городская жизнь в наши дни широко развилась и к северу от Главной полосы расселения. Крупные се очаги сложились даже за Полярным кругом. Самый запад­ный из них — трехсоттысячный Мурманск — еще «обогревается» теплым Северо-Атлан­тическим течением; много суровее условия в глубине Кольского полуострова, где, однако, создана группа горнопромышленных городов. Так как природная об­становка Мурманской области неблагопри­ятна для занятия сельским хозяйством, го­родская жизнь здесь решительно домини­рует — горожане составляют 89% всего на­селения области, что представляет собой рекордный для страны показа­тель.

На западных склонов Северного Урала возник другой горнопромышленный очаг — город Воркута и тяготеющие к нему посел­ки Печорского угольного бассейна. Далеко за полярным кругом, на Таймыре, в ни­зовьях Енисея сложилась группа индуст­риальных городов. Здесь за 69-й параллелью вырос Норильск — город металлур­гов и горняков, не имеющий под этими широтами равного себе в мире ни по числу жителей, ни по благоустройству. Со времени основания города (1939 г.) его на­селение вместе с пригородным поселком Талнах достигло почти 140 тыс. человек. Монументальные многоэтажные каменные здания Норильска, построенные в крае веч­ной мерзлоты, стоят на специальных сва­ях, забитых в неоттаивающую землю на пять и более метров.

В нижнем Енисее воздвигнута «лесная гавань» Азиатского Севера — Игарка. На­бирает силы как бы заново рожденный в последние годы один из первых русских городов в Сибири — Сургут, превративший­ся в центр крупнейшего нефтедобывающе­го района на средней Оби. Растет новый Братск — энергетическое сердце Сибири. Большим городом стал Комсомольск-на-Амуре, численность его населения превысила 200 тыс. человек.