Наша страна накопила большой опыт активных воздействий на природу. На этом пути были достигнуты крупные успехи, особен­но в преобразованиях речной сети, в лесо­насаждениях, в ирригации засушливых и в осушении избыточно влажных террито­рий. Напомним о гигантских работах по регулированию стока Волги, Днепра, Анга­ры, Енисея, о строительстве больших судо­ходных каналов на Русской равнине и оросительных — в Средней Азии, об осушении Колхидской низменности.

Важное обстоятельство, которое делает преобразование природы насущно необхо­димым, — неравномерность пространствен­ного распределения природных ресурсов и связанные с этим «ножницы» между по­требностью в них и наличием их во мно­гих районах страны.

Три четверти населения проживает на его западе — на Русской равнине, Урале и Кавказе. Здесь же, на западе, сосредоточены и наиболее развитые промышленные районы. А подавляю­щий процент энергетических, водных и лесных ресурсов находится к востоку от Урала.

Преодолевать эту неравномерность можно различными путями. Естественна, на­пример, тенденция ко все большему пере­мещению лесозаготовок из малолесных районов запада в многолесные территории севера и востока. Обычен и встречный про­цесс — перераспределение уже добытых ре­сурсов, например электрического тока при помощи линии высоковольтной передачи, нефти и газа по трубопроводам, межбассейновая переброска воды по искусствен­ным ложам.

Мысли ученых уже не раз обращались к районам, где пода имеется в избытке, и рождали крупный проекты ее переброски в районы, где воды не хватает. Особенную популярность получили замыслы инжене­ра Демченко, который еще в 1871 и 1900 гг. выдвинул идею переброски сибир­ских вод в Среднюю Азию — как раз там, где в палеоге­не существовал Тургайский морской про­лив. Казалось, что не грех затопить для этого «никчемные» болота Западно-Сибир­ской равнины — из огромного водохрани­лища вода самотеком пошла бы на юг. Продолжатели Демченко говорили так: «Взять воду там, где она никому не нуж­на, и передать ее в районы с дефицитом воды». Однако решение этой проблемы сложнее, чем это может показаться сразу, оно затрагивает многие стороны природы и выходит за рамки чисто водной проблемы. Вообще преобразование в природе все­гда становится обще ландшафтной проблемой, даже когда оно касается переделки какого-либо одного ее компонента.

Так, например, неверно, что на севере «вода никому не нужна»: сибирские реки не в малой степени способствуют обогреву арктических морей, так как вместе с во­дой несут большие запасы тепла. Прекращение стока рек увеличило бы ледовитость арктических морей. О том, что здесь нужно не затруднять, а усиливать, ускорять сток, уже говорилось при характеристике Западни-Сибирской равнины.

Однако снят ли этими возражениями с обсуждения самый замысел о переброске части сибирских вод в Среднюю Азию? Ни сколько. Идею Демченко не обязательно связывать с грандиозными затоплениями низин Западной Сибири. Можно рассчитывать на прокладку сверхглубокой выемки в Тургайских Воротах — быть может, грядущая ядерная энергетика позволит прове­сти эту операцию в экономически оправ­данных формах. Не обязательно гнать воду по каналам — могут помочь и трубопрово­ды. Наконец есть и другие маршруты пе­реброски сибирских вод. Одна на идей свя­зана, например, с возможностью перехвата некоторой части воды сибирски рек при выходе их с гор на равнины.