По крылатому выражению крупнейшего нашего экономика-географа Н. Н. Баран­ского, «Центральная промышленная об­ласть не только центральная и не только промышленная, но также и промышленная потому, что центральная». Занимая цент­ральное положение на Русской равнине и располагаясь в узле расходящихся во все окраины естественных речных путей, этот район давно стал посредником в обмене между остальными районами Европейской части страны. С ростом разделения труда, рыночных связей и обмена между различ­ными территориями командующее положе­ние в посреднических связях стало прино­сить все больше выгод, способствуя накоп­лению у помещиков и купцов Волжско-Окского междуречья капиталов. Этому же способствовала и эксплуатация расширяю­щихся колониальных окраинных владений. В Центре сосредоточивался и земельный капитал — в старой столице и в ее округе жили самые богатые и знатные помещики.

К тому же здесь имелась и уже почти го­товая рабочая сила — давние кадры куста­рей, «вытолкнутые» из земледелия на про­мыслы. Сырья для промыслов, а затем и для появившихся при Истре мануфактур — льна, шкур, шерсти, леса, железных руд — было для тогдашних масштабов производ­ства тоже достаточно на месте.

Еще в 30-х годах XVII в. на местной железной руде возникла здесь металлургия, работали соляные варницы, полотняные мануфактуры, стекольные заводы. Еще больше эта форма производства разверну­лась в царствование Истра, но широкое раз­витие получили мануфактурная промыш­ленность и промыслы во второй половине XVIII в. Казенные мануфактуры предна­значались для выпуска товаров армейско­го назначения — так возникло знаменитое Тульское оружейное производство, парус­ные фабрики в Москве и других местах. Главную роль в промышленности Центра играло текстильное производство, а в нем производство сукна и полотна.

Разорительной для хозяйства страны, и особенно Центра, была война 1812 г.. мало изменившая, однако, профиль и размеще­ние промышленности России.

В XIX в. крепостническая мануфактура сменяется сначала мануфактурой, исполь­зующей труд вольнонаемных рабочих, а с распространением машин - капиталисти­ческой фабрикой.

Так началось формиро­вание капиталистической промышленно­сти. Прежде всего и шире всего этот про­цесс захватил Центральный район и Пе­тербург. С переходом от мануфактур к фабрике изменилась и специализация тек­стильной промышленности Центра: здесь быстро развернулась новая отрасль хлопчатобумажная, сначала занимавшаяся лишь отделкой и окраской привозных анг­лийских тканей, затем включившая в себя и ткачество из бухарской (позже из анг­лийской) пряжи, а в 40-х годах XIX в. сна­чала в Петербурге и вслед за ним в Центре создастся и собственное хлопкопрядение. В результате льняная и шелковая промыш­ленность потеряли главенствующее значе­ние.