Соз­дав спрос на рабочую силу, капитализм резко увеличил подвижность населения: из сел в города, в фабрично-заводские цент­ры, торгово-промышленные села и местеч­ки, на неземледельческие промыслы. Ле­нин отмечал, что «два главных района, наиболее развитые в капиталистическом отношении, привлекают массы рабочих: район земледельческого капитализма (юж­ные и восточные окраины) и район про­мышленного капитализма (столичные и промышленные губернии)».

Главным рай­оном, откуда шла миграция, были цент­ральные земледельческие губернии.

Ленин указывал на важное различие между Западной Европой и Россией: в стра­нах, где вся территория заселена, населе­нию, выталкиваемому капитализмом из земледелия, нет другого пути, как в про­мышленные центры или в другие страны; в России же, где имелись огромные незасе­ленные или слабо заселенные территории, одновременно шли «два различных процесса: 1) развитие капитализма в старой, за­селенной... части страны; 2) развитие капи­тализма на «новой земле». Первый процесс выражает дальнейшее развитие сложив­шихся капиталистических отношений; вто­рой — образование новых капиталистиче­ских отношений на новой территории. Пер­вый процесс означает развитие капитализ­ма вглубь, второй — вширь».

Вплоть до 80-х годов XIX в. продолжа­лось заселение малоосвоенных территорий юга и востока Европейской России, но с 80-х годов главным миграционным театром, главной ареной переселений стала Сибирь. Если в феодальную эпоху миграции в Си­бирь определялись стремлением крестьян­ства вырваться из-под феодального гнета, то теперь эти миграции были вызваны кризисом пореформенного сельского хо­зяйства в тех районах России, где особен­но сильно сохранились пережитки крепост­ничества (Черноземный Центр, Среднее По­волжье, Приуралье, Левобережная Украи­на, а позже Белоруссия и западные губер­нии Центра). Колонизация Сибири, а также наиболее удобных для землепашества сте­пей Северного Казахстана имела сельско­хозяйственный характер. Большую роль в переселении в Сибирь, а затем и на Даль­ний Восток сыграла Великая Сибирская ма­гистраль: поток переселенцев возрос с 10 тыс. человек в год в 60—70-х годах до 760 тыс. в 1908 г.

С присоединением Средней Азии, а осо­бенно с проведением Закаспийской и Орен­бургской железных дорог туда тоже устре­мились переселенцы. Состав их был очень разнороден. С одной стороны, это были цар­ские чиновники, военные, казаки, кулаки, а с другой — пролетарии города и деревни. Эти люди осели как в сельской мест­ности, так и в городах. Пытаясь осущест­вить земледельческую колонизацию края, царское правительство стремилось прежде всего заселить переселенцами из России пограничные области. Так появились русские и украинские земледельцы в пред­горьях Копетдага, у Кушки — самой юж­ной точки страны, в долинах Киргизии и предгорном юго-востоке Казахстана (в Се­миречье). В стариннейших городах Сред­ней Азии, таких, как Ташкент, Самарканд, Бухара, Коканд, пришлое население, пе­реселенцы, образовало так называемые но­вые города.

Анализируя в своей книге преимуще­ственно процесс развития капитализма вглубь, Ленин отмечал, что оно задержи­вается вследствие колонизации окраин. «Если бы русскому капитализму некуда было расширяться... то это противоречие между капиталистической крупной инду­стрией и архаическими учреждениями в сельской жизни (прикрепление крестьян к земле и пр.) должно было бы быстро привести к полной отмене этих учрежде­ний, к полному расчищению пути для земледельческого капитализма в России. Но возможность искать и находить рынок в колонизируемых окраинах (для фабриканта), возможность уйти на новые земли (для крестьянина) ослабляет остроту этого про­тиворечия и замедляет его разрешение. Само собою разумеется, что такое замед­ление роста капитализма равносильно под­готовке еще большего и более широкого роста в его ближайшем будущем».