Наиболее высокие хребты Западного, Се­верного и Внутреннего Тянь-Шаня превос­ходят 4000 м и несут вечные снега и лед­ники. К юго-востоку высоты растут. Цент­ральный Тянь-Шань увенчан инками Побе­ды и Хан-Тенгри. Здесь, как и на Памире, сосредоточены огромные древовидные лед­ники во главе с Южным Иныльчеком. Ин­тересны особые местные неподвижные лед­ники плоских вершин, лишенные вышеле­жащих областей питания; нет у них и оттекающих языков. Таяние здесь не пре­вышает прихода осадков, выпадающих в виде снега.

Воды Западного Тянь-Шаня несут жизнь северным оазисам. Северные воды оро­шают Таласскую и Чунскую долины и всю полосу оазисов от Джамбула до Фрунзе, а вдоль подножий Заилийского Алатау — оазисы во главе с Алмаатинским. Водами Джунгарского Алатау напоены оазисы Семиречья.

В межгорных впадинах не раз возника­ли озера. До нашего времени уцелели об­ширные бессточные озера Чатыркёль и Сонкёль, зеркала которых лежат выше 3000 м над уровнем моря. Несколько ниже (1607 м) покоится незамерзающий Иссык-Куль — «теплое озеро, имеющее 270 км длины и до 60 км ширины. Глубина Иссык-Куля превышает 700 м.

По Иссыккульской котловине всего в не­скольких километрах от озера протекает перед своим прорывом через Боамское ущелье в Кунгей-Кнргнзской-цепи река Чу. Она соединена с озером пересыхающей протокой, вода в которую поступает либо при повышении уровня в Иссык-Куле (тог­да создается временный его сток), либо при паводках в верховьях Чу (тогда Исашь Куль получает приток).

С запада озеро окружено пустынными береговыми равнинами да серовато-рыжи­ми дурными землями; здесь выпадает лишь 100—120 мм осадков в год. Однако к востоку от озера природа становится бо­гаче: увлажнение растет под животворным влиянием самого Иссык-Куля. Даже при­брежные рапнитты тут получают 600 мм в год и заняты полями хлебов, опийного мака и садами. К пляжам льнут курорты: природа восточного Прииссыккулья позво­ляет наслаждаться всеми прелестями ку­пания в море под южным солнцем и при этом не страдать от жары: воздух на эти высотах по-горному свеж и в разгар лета.

Двухкратное древнее оледенение, прямо связанное с усилением поднятий гор в чет­вертичное время, существенно обеднило органический мир Тянь-Шаня. От широко­лиственных лесов, покрывавших его склоны в неогене, уцелели лишь незначитель­ные массивы ореховых и других дикоплодных деревьев на юге Ферганского хребта и Чаткала. На севере Тянь-Шаня от пред­шествующих смешанных лесов сохрани­лись только более выносливые яблонево-боярковые насаждения. Выше по северным склонам их сменяют леса из тяньшанскои ели.

Рудами цветных и редких металлов осо­бенно богат Западный Тянь-Шань. Здесь известны медные руды, поли­металлические руды, мышьяки. В предгорьях разрабаты­ваются крупные залежи бурых углей Анг­рена, Ленгера и месторождений, располо­женных у подножия Ферганского хребта. Горы Каратау славятся полиметаллически­ми рудами Ачисая и залежами фосфоритов.

Джунгарский Алатау, отделенный от ос­тального Тянь-Шаня плоскодонной Илийской впадиной,— это как бы самостоятель­ный Тянь-Шань в миниатюре. Здесь есть и ельники на северных склонах, и горные степи на южных, и пустынно-степные пред­горья, и пригребневые плоскогорья с веч­ной мерзлотой, и горные луга, и собствен­ные альпийские высокогорья с высотами выше 4000 метров и современными ледниками. Есть и внутригорные депрессии — продоль­ные долы с полупустынным ландшафтом. Недра Джунгарского Алатау содержат цен­ные руды, например полиметаллические.